ZOOROPA

В Achtung Baby был определенный идейный посыл. Тебе казалось, что ты нас классифицировал, теперь отложи этот ящичек в сторону. Хочешь увидеть настоящих U2? Ну что ж, смотри. Даже больше, чем настоящих.

Тур Zoo TV родился от того же импульса. Он начался с предположения «все, что вы знали до этого — неправильно». Это касалось искажения сути. Истина пряталась где-то в глубине, и до нее было трудно докопаться. The Fly и MacFisto ожили во время тура Zoo TV. Это были замаскированные U2, но все равно U2.

Боно веселился. Он обнаружил, что ему нравится носить маски.Ему нравилось быть MacFisto, который приезжает на площадь Святого Петра, чтобы получить благословение, и расталкивает детей. Вживание в роль!

Вся группа кайфовала от этого сумасшедшего мира кривых зеркал. Произведенной энергии было чудовищно много. Приближался перерыв в туре, но они не хотели разъезжаться. Лучше перевести эту энергию в звук, лучше начать записываться. Zooropa, мы идем!


Одна из главных целей — определить в записи ее локализацию. Так ты добьешься понимания, о ком и о чем твои песни. Увидишь эмоциональную и физическую составляющие. Эдж и Боно тогда читали футуристические романы Уильяма Гибсона в стиле киберпанк. «Он нашел эту локализацию, — объясняет Боно, — муравейник, как он его называет, город будущего, в котором все происходит». Боно хотел создать такую же обстановку в звуке.

Во время тура Zoo TV группа работала с Роджером Триллингом, и частью их договоренности было создание ощущения будущего, которое будет привлекательным, в отличие от типичных сценариев в научной фантастике, когда все в итоге превращается в пустоши. Но были и другие моменты, затронутые в этом альбоме. С падением коммунизма и расширением Евросоюза в Европе начали стираться границы. И не всегда с хорошими последствиями. В Югославии началась гражданская война, и ужас, охвативший Боснию, принимал все более кошмарные формы. В только что объединенной Германии подняли голову нацисты. «При взгляде на все это, — говорит Боно, — Европа казалась страной из фантастического романа».

Персонаж The Fly ожил сам по себе. Он настаивал на том, чтобы у него была собственная раздевалка. Он начал появляться вместо Боно, успешно заменяя его за микрофоном значительную часть концертов. Он также привел с собой своего друга MacFisto. И они вместе связались с дизайнерами, которые сделали это шоу и создали гротескный видеоряд, который транслировался на двух гигантских экранах. Они все принимали. Это что, боевые действия с Войны в заливе? Оставляем! Отрывок из порнофильма? Крути, детка. Делай свое дело.

Многие из этих странных образов впервые вошли в видеоряд, который шел под The Fly. Куски рекламы. Слоганы. Сцены из нацистского фильма. Каждый получил свои 15 секунд славы на съемочной студии Zoo TV. Это же информационный век! Мы на пороге видеореволюции. Так что давайте всех к ней подготовим.

Это было пугающе и восхитительно. В этом был огромный потенциал, потенциал для катастрофы. Не время прятаться и отдать все разбойникам и пиратам. Надо принять в этом участие. Время создавать будущее в соответствии со своим видением. «Мы открывали для себя мир, похожий на мир Бегущего по лезвию, — говорит Боно. — Он начинался с неоновых огней и этих двух персонажей — выходцев из этого мира. Это изображение его внешней, поверхностной части. Когда все вокруг тебя — скучные и унылые представители инди-культуры, герои андеграунда, куда приятнее оказаться в центре яркого современного города. Это как прогулка по центру Хьюстона или Токио. Вот что мы хотели выразить».

Но сначала нужно было решить маленькую проблему подгонки выразительных средств, на которых основывалась Zooropa. Стив Тернер, который написал книгу о периоде Rattle and Hum, стал посылать Боно подборки статей со всего мира. «Я стал читать больше журналов и меньше книг, — вспоминает Боно. — Я хотел убежать от того груза, с которым мы все время двигались. Хотел научиться летать. Мне надоела вся эта меланхолия».

Zooropa начинается со слогана компании Audi «Vorsprung durch Technik» («Превосходство высоких технологий»), и в следующих трех строфах мы слышим упоминания из рекламных компаний Daz, Fairy Liquid, Colgate, Zanussi и прочих. «И у меня нет религии, — заявляет протагонист, — и я не знаю, что к чему». Но это не преподносится как слабость, лейтмотив Zooropa состоит в том, что эта неопределенность является хорошей отправной точкой.

Здесь определенно присутствует доля анархии, учитывая то, как была записана песня. Джо О’Херлихи в начале тура Zoo TV удалось записать пару хороших джемов на саундчеках. Из них Эдж выбрал лучшие моменты ритмики, чтобы записать их в качестве основы для минусовки. Он наложил свою звуковую обработку и получил конструкцию песни. Для хмурого, но воздушного вступления записали дополнительный джем. «Я взял из него часть, — говорит Флад, — сделал странный атмосферный микс, и когда мы собирали альбом вместе, я попытался соединить эти части. И вступление туда встало как влитое».

Все почувствовали, что этот вариант вступления работает. «Гитарный шум во второй части вступления — заслуга Ино, который сам его исполнил на разных гитарах», — добавляет Флад. Это тоже сработало. В последнюю минуту у всех появилось опасение за форму первой части песни. Но когда все соединили, группа спокойно смогла это повторить. Боно даже вставил поэтическую отсылку к Acrobat в конце песни. «В конце концов, — вспоминает Флад, — в первой половине композиции мы использовали то, что сыграли до этого на джемах, а во второй — лишь отчасти, но с большой долей импровизации во время записи». Можете представить себе, как вы оставляете звукоинженера за пультом, а сами едете играть очередной концерт где-то в Европе. «Не волнуйся, крошка, — говорит он, — все будет хорошо».

Zooropa. Работаем в команде.