3D, отвечая на вопрос "Трудно ли найти верный баланс между перфекционизмом и экспериментами"

Когда ты постоянно пытаешься сделать что-то новое и экспериментируешь, ты никогда не удовлетворишься, ты никогда не придешь к конечному решению, и каждая композиция никогда не будет закончена. Ты никогда не будешь доволен ею, всегда будет хотеться что-то изменить.

Микс — это всегда самая трудная часть, потому что ты пытаешься прийти к каким-то выводам, что-то пробуешь, останавливаешься, перематываешь, выбрасываешь, избавляешься от чего-то. Это все очень тяжело, если ты постоянно недоволен определенными звуками или определенными элементами песни. А потом, со временем, тебя уже тошнит от этого, весь процесс надоедает, и ты говоришь: «Так, мать его, и оставим!» Часто это и определяет конечное решение, когда скука и критика достигают предела. Ты чувствуешь, что не хочешь все это слушать еще раз, ты хочешь заняться чем-то другим, нежели идти к той точке, где ты скажешь: «Это совершенно!»

3D о работе над саундтреками

Написание музыки к фильму сильно отличается от сочинения обычных песен. Саундтрек к «Danny the Dog” действительно получился уникальной работой. Мы засели за него сразу после масштабного тура в поддержку 100th Window.

Вообще, писать саундтрек непросто. Приходится прикладывать усилия, ведь материал нужен самый разнообразный. Порой на запись уходит до полугода, и кажется, что контролировать процесс в целом очень сложно. Нашу работу над музыкой к фильму «Битва в Сиэтле» я иначе как тяжелым трудом назвать не могу. Честно говоря, процесс был не особо приятный.

Больше всего мне понравилось работать над саундтреком к фильму «Гоморра». Тут дело в том, что мой отец — из Неаполя. Именно там развиваются события фильма, поэтому мне было проще погрузиться в его атмосферу.

Алан Уайлдер (ex-Depeche Mode, Recoil) о любимом релизе MA и о группе в целом

Я выбрал эту компиляцию (Collected), потому что она включает в себя всё в Massive Attack – это подход, к которому относишься с восхищением больше, чем какому-либо другому, так что очень сложно выбрать один альбом. Я мог бы выбрать Mezzanine или Blue Lines, который великолепен, но что мне нравится в них в целом – это их подход к использованию приглашенных вокалистов, их подход к тому, что гарантированно на всех их записях есть эта емкость звука и эта атмосфера, которую им удается создать каждый раз, это делает их легко узнаваемыми.

Думаю, они – одна из групп, наиболее близких к тому, что я пробую и делаю в моем проекте с привлечением приглашенных вокалистов и гарантией того, что атмосферное содержание глубоко и достаточно мрачно.

Трики (который славится своими резкими высказываниями) о работе с Massive Attack, которая состоялась через много лет после их не очень хорошего расставания

Он (Дель Найя) появился около восьми месяцев назад. Смешно, что мы не виделись 10 лет, хотя между нашими домами не более часа ходьбы. Я сказал ему: «На**й Massive Attack! Всем насрать, кто вы, бл**ь, такие!» И его эти слова совсем не смутили. Смотрите, какой он добрый. Именно такой, который меня жутко бесит. Мы записали три трека, а потом он стал писать, что не хочет общаться, и пропал.


Фото - Massive Attack Facebook Official 

Дэдди Джи и 3D, отвечая на вопрос, кто пишет песни в группе

Daddy G: О, это сложный вопрос.

3D: Ну, с каждой композицией бывает по-разному. Мы часто сидим в студии, и у каждого есть свой набор идей. Некоторое время мы проводим по отдельности, развивая каждый свои идеи, до тех пор, пока не остается три из четырех идей, которые потом появляются в качестве композиций, песен. Затем к работе привлекаются люди со стороны, они что-то добавляют, убирают или оставляют так, как есть.

В Massive Attack так было всегда. Все думали, что у них есть заранее установленная роль и мы таким образом работали вместе, как, например, в обычных группах есть ударник, бас-гитарист, гитарист, вокалист. Вместе с тем мы очень самостоятельные, мы не приходим в группу с одинаковыми идеями, каждый предлагает свою. Каждому из нас по силам выпускать собственные композиции.

Нил Дэвидж (продюсер MA) говорит о том, как Дэдди Джи и 3D работают вместе

Ну, как всегда, они прилагают максимум усилий для того, чтобы не находиться в студии вместе. Грант работает с парнями под названием The Robot Club, а Ди со мной. А что касается влияния усилий одного на работу другого… Это похоже на ситуацию, когда два брата пытаются произвести впечатление на одну девушку.


Фото - soundbound.com 

3D

Знаете, Mezzanine до сих пор превышает по объемам продаж Blue Lines, а ведь Blue Lines считается нашим «величайшим достижением», в кавычках. Просто последний в коммерческом отношении вышел наиболее удачным. И популярным, соответственно. Ну, допустим, пусть 100th Window будет распродаваться так же хорошо, как Protection, но ведь продажи записей отнюдь не отражают того, как именно люди воспринимают нашу музыку, какое чувство в них она оставляет.

3D

Наш общий интерес — это меланхолическая составляющая в музыке. Грустное, красивое — то, о чем поют в блюзах. Если музыка отражает объективную реальность — личную жизнь, хроники новостей, что угодно, — ты погружаешься в эту музыку, растворяешься в ней, а проблемы… проблемы отступают. А вообще-то в последнее время у меня все как-то печальнее становится.

Нас вечно обвиняют в излишних мудрствованиях, в размышлениях на темы темной стороны жизни, но для меня такие размышления в музыке как раз сродни концепции блюза — ты переосмысляешь то, что с тобой происходит и одновременно преодолеваешь порог депрессии. «Темная музыка» — это не то, что вы привыкли представлять. Привожу пример. Иной раз смотришь сводку новостей, впитываешь всю эту грязь, а стоит обернуться и прислушаться — и услышишь, как льется свет. Трехминутный поток света, этакий джингл. Он уводит тебя от реальности, говорит тебе: «То, что происходит за окном — нереально, этого на самом деле нет, все это не страшно».

Так музыка застит глаза и заставляет людей забыть о реальных проблемах бытия — и вот такую музыку я как раз считаю «темной». Блюз связывает тебя с реальностью. а развлекательная музыка — наоборот. В наш век кибернетизации и гипер-информированности трудно отличить виртуальность от реальности, честное слово. Вот меня радует то, что форум на нашем сайте политизирован и полон актуальной информации. Юное поколение, во всяком случае, пребывает в курсе происходящего в мире.

3D о ярлыке трип-хоп команды, который навесили на группу

Мы устали от этого еще в 1993-м. Слово «трип-хоп» придумал Джеймс Лавелль (Unkle), и я этого ему никогда не прощу.

3D о мрачном влиянии Бристоля

Наверное, музыка получается такой, потому что это не столица, а маленький городок, где люди сконцентрированы на себе, занимаются самокопанием. Внутри каждого из нас полно дерьма — вот и музыка выходит немного мрачной.

Дэйв Гаан (Depeche Mode) о нескольких совместных концертах с MA 2003 года, один из которых был в Москве

Мне нравится выступать с ними. Мы уже отыграли вместе в Финляндии. Их шоу очень красивое, и оно отличается от моего.

3D о саундтреке для порнофильма

Это моя идея была, я люблю порно. Отвратительная штука получилась, The Uranus Experiment называется (название  Уран на английском созвучно с выражением «your anus (твой анус)»). Я и Лайэм Хоулетт из Prodigy сделали по треку.

3D о славе

А я себя знаменитостью не считаю. Группа популярна, факт. Музыка приобрела определенную репутацию, факт. Но мы, мы как индивидуальности… нет, о популярности здесь речь не может идти. Мы для нее слишком приземленные. Бристоль — вообще «приземленное» место. Мы возвращаемся с гастролей, а никому до этого здесь и дела нет — и это хорошо.

Создавать себе имидж вовлеченных в мировой менеджмент фигур — все это сотрудничество с организациями типа Amnesty, и Greenpeace, и CND, и Stop The War… занятие каких-то должностей — имеется в виду реальное сотрудничество, а не создание мифа о себе как об активисте и политизированной персоне… Мы просто музыканты, люди. Мы, конечно же, можем работать с вышеназванными организациями, реально делающими важное и нужное дело, но в то же время, считаю, нужно чувствовать баланс отшельничества и общения средствами музыки.

За время, что прошло между записью нашего первого альбома и последнего, произошло две войны в Персидском заливе, да и вообще проблемы на Ближнем Востоке конца-края не знают. Мы, безусловно, чувствуем на себе ответственность за то, что носим звание граждан Великобритании. С другой стороны, все прекрасно понимают, что демонстрации против войны войну не остановят, но это не означает, что в них не надо участвовать. Эта деятельность находится в рамках понятия гражданского долга, а гражданский долг свой мы всегда чувствовали.