27 ноября свой день рождения празднует неоспоримый король русского рока и в принципе русской сцены, Борис Гребенщиков. Биография его давно уже известна любому интересующемуся, так что мы не станем навязывать ее вам. В день рождения Бориса Гребенщикова предлагаем несколько колоритных его цитат.

БГ в цитатах

  • «Невежественные люди готовы свое невежество проецировать вовне бесконечно»
  • «Я ищу везде красоту, восторг, физический экстаз, духовный экстаз, любой экстаз»
  • «Полная свобода от всего не означает полную свободу от самого себя. У меня есть масса пороков. Застенчивость главный из них. Но я принимаю самого себя таким, какой я есть»
  • «Нормальному человеку, которому нравится заниматься тем, чем он занимается, слава не нужна. Если, конечно, человек полноценный. Слава нужна тем, кто мучается, кто не знает, существует он, или нет. Поэтому мне очень жалко эстрадных артистов, которые .стараются быть замеченными. Значит, у них внутри большая дыра. Им нужно, чтобы их замечали, чтобы люди все время подтверждали — «Да, да, да, дорогой, ты существуешь»»
  • «Я никогда не писал в состоянии измененного сознания; творчество в ясном состоянии дает несравненно больше. Затуманенной голове часто кажется, что «создаваемое» гениально, а послушаешь на следующий день и ужаснешься»
  • «В России всё вообще – «пока», и это «пока» длится тысячелетиями»
  • «Опыт тоталитарных и не тоталитарных государств говорит о том, что человека развить невозможно до тех пор, пока он сам этого не захочет. Но в человеке можно пробудить желание быть более счастливым. Для этого нужно показать, что возможно быть счастливым. Когда тибетский крестьянин пашет на яке на узком склоне и мимо него п..ролетает лама, крестьянин думает: «Ага, значит ему можно, а мне нет? Я тоже так хочу». И тогда у крестьянина появляется шанс»
  • «Если человек будет стоять против вала, то он, конечно, не выстоит. Вал — сильнее. Но если он сам — часть вала, то ему стоять не против чего. Волна не может уничтожить волну — они суть одно и то же. Пока мы отгораживаемся от мира, мы можем быть уничтожены. Если мы едины с миром, то даже физическая смерть ничему не помешает»
  • «То, что я сделал вчера — это то, что я сделал вчера. А сегодняшнее — еще нужно сделать»
  • «Я буду плакать, если у меня пропадет возможность взаимодействовать с людьми, в смысле, что-то отдавать им. Пока у меня есть такая возможность, я считаю себя абсолютно богатым и свободным. На самом высоком уровне это — единственное, что ценно»
  • «Видимо, есть закон, согласно которому творец в России принципиально не может разбогатеть – разве что параллельно займется коммерцией, но тогда он автоматически перестает быть творцом. Это фундаментальная норма здешнего бытия, я подметил ее много лет назад и с ней не спорю»
  • «Мы боимся смерти только потому, что смотрим на нее с неправильной, кособокой точки зрения»
  • » Спланировать альбом нельзя. Когда мы записываем альбом, мы имеем дело с песнями, которые были написаны за последнее время. А они пишутся без оглядки на стилистику. Если бы я мог записать альбом, более или менее стилистически выдержанный, я бы это сделал»
  • «Меняются имена, меняются маски. Но дело в том, что, как бы ни менялось то, что наверху, психика огромного народа, который живет от Петропавловска-Камчатского до Калининграда, — она не меняется. И в городах я был, и в деревнях был, и с людьми разговаривал, и знаю, что они не очень меняются. Им обычно все равно, кто там «наверху»; им важно – каковы условия их собственной жизни. И когда выезжаешь из Москвы или Петербурга, политические вопросы исчезают, потому что никого в Сибири или на Урале это не интересует»
  • «Бог один для всей Вселенной, поэтому говорить, что в России один Бог, за ее пределами другой, а в Чехословакии третий – довольно большая глупость»
  • «Окуджава и Высоцкий – их не печатали, и они пели правду из магнитофонов, поэтому были свои по определению, и как только я стал петь, я пел и того, и того – и все остальное тоже. Потом постепенно стал замечать, что, когда пою Высоцкого, получается театр, игра, а Окуджаву пою от сердца; сам бы так сказал, если бы умел. Поэтому Высоцкого пою очень редко, а Окуджаву и Вертинского могу когда угодно»
  • «Мы никогда не были «в андеграунде», не было у нас такого понятия. Откуда возьмется понятие «андеграунд», когда просто существует группа людей, которым негде репетировать, нет инструментов – о каком андеграунде может идти речь?»
  • «Любая песня имеет свой период становления. Приходят разные слова, крутятся, а потом приходит правильное слово и становится на свое место. Есть слова, которые значат больше, чем другие слова. Моей задачей не являет кому-то подмигнуть, моя задача – сделать это так, чтобы каждая песня, каждое слово песни било, как пуля, в свою цель»
  • «У нас теперь есть айфоны и айпады. Лучше мы от этого не стали»
  • «В детстве мальчишки меня не любили, потому что я к девочкам очень хорошо относился. Девочки меня любили. А коллектив меня не интересовал»
  • «Я не думаю, что мы какой-то загадочный вымерший рок, под знамена которого так удобно становиться… Просто мы, то есть я, пишу песни, группа «Аквариум» их исполняет, придумывает музыку, играет, записывает и все остальное»