История создания

Вторая половина 1990-х годов была для ДДТ довольно странным временем. Казалось бы, в чём подвох? Клипы и концерты группы не сходят с экранов телевизоров, в 1996 и 1997 годах фирма «Театр ДДТ» организовала два масштабных рок-фестиваля в Петербурге и Москве, каждый год выходят альбомы… Вот только записанной в США пластинкой Любовь (1996) музыканты были не вполне довольны, а Рождённый в СССР (1997) и вовсе больше, чем наполовину, состоял из концертных записей 1994 года.

Юрий Шевчук, будучи человеком самокритичным и не умеющим почивать на лаврах, довольно остро осознал приближение творческого кризиса. Перспектива всю жизнь играть заезженный ритм-энд-блюз, разбавленный акустическими балладами, под крики зала «Юра, Осень давай!» его не радовала. Поэтому Юрий по старой традиции уехал в деревню Лебедевка, подальше от шумного города, и начал писать новые песни.

В это время его основным соавтором стал новый клавишник группы Константин «Кот» Шумайлов, большой любитель плотного индустриального звучания, щедро сдобренного электронными изощрённостями. Во многом не без его участия новые песни получались жёсткими и мрачными и больше похожими на Nine Inch Nails, чем на старые хиты про ветер, дождь и другие природные явления.

Такой поворот событий привёл к серьёзным кадровым перестановкам. Группу покинул соло-гитарист Андрей Васильев. «Андрей сказал, что музыку этой программы не то что не видит или не понимает, он просто даже играть её не хочет, потому что это противоречит его представлениям о музыке», — так прокомментировал это решение Юрий Шевчук. Сам Васильев также не скрывал, что в новую программу он не вписывается: «Мы собираемся репетировать, смотрю на выражение лиц и вижу, что кроме облома от моей игры у людей ничего нет. Я постарался разобраться в себе. Чем занимаюсь и до сих пор. Не катит и всё! Мне не хотелось превращаться в пенсионера, которого возят за собой, а он из себя ничего не представляет». Основным гитаристом стал теперь Вадим Курылёв, который также внёс серьёзный вклад в работу над аранжировками. Новую программу не принял и бас-гитарист Игорь Тихомиров. Подумав, он пересел за звукорежиссёрский пульт. Его место занял Павел Борисов, имевший богатый опыт игры как в рок-группах, так и в эстрадных коллективах.

Постепенно песни складывались в некую единую концепцию. По словам Шевчука, должна была получиться «программа о человеке живущем, мечущемся, ищущем, сомневающемся в наши нелёгкие дни и ночи… О том же Иване Помидорове (герой песни Террорист — Д.Г.), которого кинули в это дело, в эту жизнь, в эту суету, в этот «мир номер раз», где он выживает, где он, может быть, устал выживать… В конце концов, наш главный герой то ли умирает, то ли обретает полное одиночество, которое обращается в свободу, к которой мы все движемся… А понимание свободы – очень сложное. Понимание «мы» — очень сложное. Понимание очень многих вещей – очень широкое, очень размытое…»

Появилось и название программы (а затем и альбома) – Мир номер ноль. Откуда оно взялось? Есть разные версии. «Сочетание этих трёх слов мне на самом деле приснилось. При таком образе жизни что бы ты ни делал — всё равно работаешь, твой мозг постоянно выдает что-то на гора. Тлеет уголёк. И вот я вскочил — а почему Мир номер ноль, уже не помню. Мне понравилось это сочетание, я увидел в нём эзотерику. Номер. Цифра. Знак цивилизации. Ноль — то ли дырка от бублика, то ли вечный мир идей, бердяевский промир, откуда мы все вышли», — рассказывал Юрий Юлианович. Не так давно в интервью Михаилу Козыреву Шевчук поведал историю, которая может пролить свет на этот мистический сон. Однажды ему довелось побывать с концертом в одной из воинских частей на самой границе с Монголией. И вот там, блуждая по бескрайней монгольской степи, Юрий наткнулся на некий указатель, являющийся, судя по всему, точкой отсчёта. Как вы понимаете, на нём, на этом столбе посреди бесконечного и безлюдного ничего, красовалась цифра «0». Такое зрелище не могло не впечатлить музыканта.

Итак, есть состав, есть новые песни, есть название программы. Концертный тур Мир номер ноль стартовал в мае 1998 года. Группа посетила 180 городов мира, радуя поклонников музыкальным шоу высочайшего качества. Более того, была сделана видеозапись концерта, которую не раз показывали по телевизору. Концертная программа Мир номер ноль была уникальна тем, что практически целиком состояла из песен, не вошедших на тот момент ни в один альбом. То есть, ДДТ обрушивали на зрителей всю мощь совершенно новых и незнакомых песен. По словам Вадима Курылёва, на подобную дерзость из корифеев могли осмелиться разве что The Who. Нужно также добавить, что концертная программа по набору песен и по концепции всё же отличалась от альбома. Например, на концертах последней звучала песня Свобода, и заканчивалось всё, получается, смертью главного героя. На альбом же эта песня не вошла. О том, какой финал был придуман для альбомной версии, мы скажем чуть ниже.

Выход альбома ожидался в августе 1998 года, но внезапно грянул дефолт, и это начинание пришлось отложить. Мир номер ноль увидел свет в марте 1999 года. Он был выпущен фирмой Real Records и был довольно скромно оформлен: буклет с фотографиями и текстами песен появился лишь в специальном лимитированном издании. Также, по старой традиции, вместо «двойного» альбома получился одинарный. Многие отсеянные песни увидели свет уже в составе пластинки Метель августа.

Итак, что же такое альбом Мир номер ноль?

ДДТ времён работы над альбомом «Мир номер ноль»


Мир номер ноль: песни

  • Одноразовая жизнь

    Итак, главный герой брошен в этот мир, ему дали жизнь, а инструкцию к ней – нет. Что с ней делать, куда бежать? Текст песни, рваный, мятый, обрывочный, местами похожий на вырезки из криминальной хроники, ярко передаёт эту сумятицу. Любопытно, что клип также полон движения – Шевчук бежит, не останавливаясь, а мимо него проносятся питерские дворы-колодцы, какая-то древняя муть и чёрт знает что ещё.

  • Он

    А вот здесь – обращение к высшей силе, обозначенной местоимением «он». Голос лирического героя звучит богоборчески: «Это он / выгнал нас, выгнал нас вон!» В музыкальном отношении песня – самый настоящий, подчёркнуто амелодичный индастриал. Свою роль играет и контраст между тихим, неспешным куплетом и мощным припевом с раскатистыми риффами и отчаянным хриплым вокалом Шевчука, звучащим, как и в большинстве других треков альбома, слегка приглушённо, с искажением.

  • Мы

    Этот жёсткий и ритмичный боевик неплохо вписался в репертуар группы и довольно часто звучит на концертах. Здесь ставится вопрос о соотношении личного и общественного (как-то слишком по-прокурорски прозвучало). Можно радостно и весело шагать в строю, горланить гимн, коллективно творить как добрые, так и довольно мерзкие дела, но подводить итог прожитой жизни, взвешивать свои прегрешения, каждый человек, каждый житель этого мира, в конце концов будет самостоятельно. И отвечать будет только за себя.

  • Метель

    Пронзительная и многими любимая баллада в духе старого доброго ДДТ. Является частым атрибутом посиделок с гитарой, но лишь после изрядной дозы выпитого, ибо на трезвую голову соревноваться с вокальными данными Шевчука всё-таки боязно. Особенно в припеве. Любопытно, что из песни пропало целое четверостишие, благодаря чему его продолжение («осторожно, не спеша / с белым ветром на груди…» и так далее) звучит ещё более загадочно. Драматичное гитарное соло – безусловное украшение композиции.

  • Небо на земле

    Ещё одна вещь, в которой ломаные ритмы, лязг и скрежет индастриала уступили место протяжной мелодике русской песни. А поётся на этот раз о нелепом и бесцельном строительстве утопии, этакого неба на земле. Псевдонародная стилистика, в которой выдержана песня, уводит нас от прямых сравнений как с советским, так и с любым другим опытом, и одновременно приводит к мысли: а, может, это и есть та самая пресловутая русская идея — строить небо на земле?

  • Интервью

    А вот это уже мощное и прямое высказывание, как говорится, о текущей ситуации. Под жёсткий и запоминающийся рифф, зарождающийся в музыкальных недрах на фоне телеболтовни о прекрасной жизни, достаётся всем: и коллегам по цеху («рекламирует рок президентов да водку»), и власти («на троих диктатура, бандюки да наци / разливают страну. Кто ж закуска, братцы?»), и даже небезызвестному творению небезызвестного Церетели («раскорячился монУмент у пластмассового дома — / Гулливер-Пётр в лилипутской лодке!»), и ещё много кому.

  • Расстреляли рассветами

    Одна из самых философских и сложных для понимания песен Юрия Шевчука. При этом она предельно афористична и прекрасно расходится на цитаты: «Я не знаю, как жить, если смерть станет вдруг невозможной», «Раздарил всем по сердцу, себе ничего не оставил» и так далее. Яркие образы и мудрые высказывания связаны друг с другом лишь на ассоциативном уровне, поэтому к смыслу текста мы приходим лишь почувствовав настроение. Эта песня – осмысление пройденного пути, подведение итогов. И итоги, судя по всему, неутешительны. «Исходили всю воду, а берега до сих пор нет…»

  • Чёрно-белые танцы

    Жёсткий социально-философский альбом не обошёлся без песни о наркотиках. Никакого вам неба в алмазах, ребята – получите-ка вместо этого мрачный, простите, засраный притон с обдолбанными торчками, подыхающими то ли от передоза, то ли от ломки. Бригаде скорой помощи и милицейскому наряду будет явно не до психоделической романтики.

  • Донести синь

    Ещё одна экзистенциальная… Баллада? Да, пожалуй что баллада. Но явно не из тех, которые звучат во время ночных посиделок у костра или на кухне. Для этого она слишком тесно вплетена в канву всего альбома и поэтому вне его немыслима.

  • Герой

    Финал картины, финал истории… Если в концертной версии трагедия заканчивается, как положено, смертью героя (песня Свобода), то в альбомном варианте пафос снижается, и герой, который «всех победил, стал абсолютно счастливым», тонет в бытовой рутине повседневности.

  • Музыкальные образы

    Отдельно нужно упомянуть и об инструментальных вставках, известных как музыкальные образы. Их всего 3, и они являются чем-то наподобие связующего звена, призванного удержать альбом в русле выбранной концепции. Авангардные партии участников группы, элементы классических произведений, голоса из телепередач – всё смешалось в них. В одном из них засветился даже Пётр Юрьевич Шевчук (детский голос: «Папа, это мир номер ноль?»).

P.S.

И несколько слов напоследок. Мир номер ноль вдохнул силы в группу ДДТ, но, как и любое сложное концептуальное высказывание, был встречен неоднозначно. Многие поклонники восприняли новые песни с недоумением. Замечу, что этих «многих» жизнь ничему не научила, и с таким же недоумением они встречали Пропавшего без вести и Иначе. Но в то же время новые веяния приняла молодёжь, те ребята, которые вдруг поняли, что не одной Осенью жив Шевчук. «На нас за эту программу вылили столько грязи — я был очень удивлен и расстроен. Немало старых поклонников от нас отвернулось. Мы играли честно — настоящую, современную, адекватную музыку. Люди не поняли философию этого альбома. Зато молодежь приняла программу на ура! У нас появилось просто безумное количество юных поклонников. Я иногда думаю — Бог с ними, с этими старыми поклонниками. Пусть уж лучше молодежь будет к нам ближе. Или мы к ней. Выходит, не постарели», — пожалуй, этими словами Юрия Юлиановича можно подвести итог всему вышесказанному.