Борис Гребенщиков выпустил новый альбом, и альбом этот – первый за многие годы сольный. Раньше он поступал так дважды – в 1992 и в 1997, в очередные переломные времена. Никакой конъюнктуры в этом не было никогда, просто, как сам он и говорит, есть случаи, когда высказывание должно быть максимально личным и не обязывать к определенной позиции весь Аквариум.

Третий из сольных альбомов БГ – еще и самый мрачный, самый пессимистичный, максимально интровертный. В песнях сквозит ощущение исповеди человека, чья великая миссия получилась не так, как должна была. Не случайны же слова «Пришел пить воду, не смог узнать ее вкус» — это прямая отсылка к собственным же словам начала 80-х. «Мы пили эту чистую воду, и мы никогда не станем старше». Стали. Шабаш. Праздник урожая во дворце труда.

Кстати, что удалось на этом альбоме более всего в поэтическом плане – именно сила метафор и афоризмов, которая вполне заслуживает того, чтобы говорить о поэтических вершинах, небывалых даже для БГ. Бронзовый век нашей поэзии во многом продолжается его трудами. «праздник урожая во дворце труда» — самые точные слова для ответа на вопрос «да что вообще происходит вокруг?». «Под рубашкой от «Бриони» наколки на груди» — многие так думали о власть предержащих, но кто сказал? Опять БГ. Песня Любовь во время войны — лучшее, что было издано в этом году на русском языке, особенно это касается текста.


Фото - Сергей Спиридонов

Злого, отчаянного и не скрывающего враждебности к истерическим припадкам общества. Но любовь во время войны – это лучше, чем просто война без всякой любви. Им, губернаторам, крепко не повезет, когда я проснусь. Хотя, если судить по песне Если я уйду в положении он двусмысленном, и это не в первый раз уже – песня родом из 80-х, когда особенно популярные рокеры обязательно оказывались под наблюдением у КГБ.

Но и музыкально «Соль» получилась вещью уникальной для нашего мира. Все мы многие годы знаем, что Гребенщиков рос во многом на творчестве Jethro Tull, и на антивоенном шедевре играет Сам. Ян. Андерсон. Да, вы не ослышались. Даже, думаю, сами узнали уже. Так вот, мы и скользим прочь по тонкому льду нового дня.

И это не говоря о сессионных гостях из King Crimson и Oasis. Вряд ли кто-то, кроме Гребенщикова, мог бы собрать такой интернационал для записи пластинки на русском языке. Для кого-то он уже показался, наверное, простым и предсказуемым, эдакой пластинкой для тех, кому уже за 50, но рок еще приятно слушать. А колбаситься на концертах с молодежью пузо пивное не позволяет. Вот только вранье это все.


Фото - Сергей Спиридонов

Уверен, Гребенщикову тоже будет с чего ждать в свой адрес камней, оскорблений и грубостей. Но дело в том, что ему, слышавшему голубиное слово, вряд ли это помешает идти таким путем, каким он привык идти и помнить о том. Другой звезды над ним нет, и не будет. Да и не надо.

Утро далеко. Ничего, мы подождем.