Все питерские рок-музыканты в той или иной степени являются наследниками Бориса Гребенщикова. Илью Кнабенгофа принято считать эдаким внуком БГ по линии Кинчева. Пилот появился на рок-сцене в тот момент, когда Алиса стала главной православной группой страны. А старая демоническая красно-черная Алиса осталась где-то позади альбома «Дурень» 1997 года. Именно в этом году появилась дебютная «Война» Пилота, на которой как будто вернулся молодой Кинчев, прихватив вместе с собой дворового Цоя. Затем к этой компании добавятся социально-заостренный Шевчук, бытовой Майк и собственно сам философско-эзотерический БГ. Всё это обрамлялось то типичным отечественным полуакустическим саундом, то тяжелым гитарным звучанием, почерпнутым в наследии американской альтернативы начала 90-х. В 2004 году это выльется в эталонный альбом русского рока «Рыба, Крот и Свинья». Хоть сейчас бери и отправляй в Парижскую палату мер и весов.

После Илья ударился в философию, объясняя выдуманное им синкретическое учение, которое не дошло с первого раза до его поклонников на «Сказке». Поэтому сначала был создан спорный «ЧБ», а затем совсем неясная дилогия «1+1=1» и «Содружество». На всех этих пластинках Пилот умудрялся записывать свои стопроцентные, очень русскороковые хиты: ЧБ, Нет вестей с небес, Сфинксы. Но в результате всё равно философия Кнабенгофа оказалась никому не нужна. Все от него ждали простых русских трехаккордных боевиков про двор, утреннее похмелье и депрессию. В общем, поиграть в Кинчева до конца и стать проповедником у Ильи Леоновича не получилось, а потому на пятом десятке пришлось возвращаться к темам и сюжетам, которые волнуют людей до двадцати лет.


Фото - Терри Уильямс

На этой ниве у Пилота равных нет. Разве только Дельфин и Mujuice могут здесь посоревноваться с питерским коллективом. Но те, кто ищет роковое звучание всё равно остановятся на Пилоте. В 2011 году Кнабенгоф вернулся к типичным для себя сюжетам, наложив на это свой же типичный саунд, правда уже обильнее украшая его фолковыми мотивами — так появилась пластинка «Осень». Она оставляла очень четкое ощущение, что Илья разучился писать песни, за которые его любят, и он только пытается понять: как петь о вечной молодости, ощущая себя зрелым сложившимся человеком?

Вот отсюда и происходит альбом «13», который нумерологией пытается нагнать чертовщины. Но у него не получается. На выходе мы получили лучший альбом Пилота со времен «Рыбы, Крота и Свиньи», который к тому же наголову превосходит предыдущую «Осень». Чтобы понять, насколько внимательно подошли музыканты к созданию альбома, можно сравнить хотя бы обложки свежей пластинки и предыдущей.


Фото - Ольга Малкова

При прослушивании «13» складывается ощущение, что Кнабенгоф окончательно осознал свое место в иерархии отечественной рок-музыки. Он хранитель жанра от всяких модных веяний. А потому на пластинке мы можем услышать реверансы (к тому же обильно сдобренные самоцитированием) в сторону всех демиургов: Арии (Байкерская), БГ (Остаемся), Кино (Молчать)… И всюду Кинчев, Кинчев… Но самое интересное на пластинке — это каверы на себя (Сибирь), кавер на Облачный край (Союз композиторов) и на Высоцкого (Запой). Всё, хватит игр в иноземные веяния. Пока русский рок со всех сторон атакуют отечественные англоязычные коллективы — мы вам покажем косуху, родной двор, три аккорда.

На самом деле, в своем рвении сохранить границы жанра Пилот иногда впадает в пародию, но границы остаются на замке. «13» — идеальная пластинка для поклонника русского рока. Складывается четкое ощущение, что группа запишет еще 13 таких же пластинок, а значит за эфиры Нашего радио можно не беспокоится. Кнабенгоф продолжает просто играть рок — простой русский рок.