После обеих частей «Резонанса» группа Сплин оказалась наконец в том состоянии, когда никому ничего доказывать не надо, потому что незачем уже. И новый альбом – первая весточка этого умиротворения и своеобразной победы над своей историей. Все мы помним этапы этого большого пути, ведь история славы Сплина для нас всех еще не стала легендой. И нестабильная пропасть конца 2000-х, принятая далеко не всеми, кажется, окончательно позади.

Музыкальное родство группы Сплин с Radiohead на новом альбоме никуда не делось, но наконец оформилось именно в родство, а не в косящий под него музыкальный примитив. Васильев вдруг проявил себя и в качестве очевидного слушателя джаза и джаз-рока (Джа играет джаз) и вовсе даже хардкора (Окраины). Когда-то им был анонсирован «Гипер-хит», и теперь слушатели вольны вступить в спор о том, какую же песню с альбома Александр Георгиевич имел в виду. Но после нескольких прослушиваний совершенно обязательно должны запасть в память стартовые Пирамиды, проникновенные Храм и Небесный хор, напряженная День за днём. Но особенно стоит выделить угловатый и масштабный номер Окраины, потому что на нем получился очень уж неприглядный портрет собеседника. Но портрет этот – среднестатистического жителя тех самых окраин, обывателя, который едва ли чего-то серьезного добился в жизни – настолько точен, что бьет не в бровь, а в глаз, и странно, что не стал еще поводом для травли Васильева в прессе.

Васичу 47, и по альбому заметно, что возраст его беспокоит и печалит своими подлыми приметами (особенно в этом смысле выразителен Реквием). От соотечественников в Окраинах до Бога в Черепе и костях. Финальная песня вообще интересно поворачивает развивающееся чувство тревоги в альбоме к какой-то высшей реальности, которая вроде как должна быть умиротворяющей и примиряющей, но оставляющей нас все еще один на один с нами самими. Мы покидаем альбом на открытом вопросе «возможно ли преодолеть тревогу от мира вокруг?»

Странно, но это первый альбом Сплина, который при прослушивании не заставил вспоминать ни один из старых альбомов – ни 1994-1997, ни 1998-2004 годов. Возможно, Ключ к шифру не так шедеврален, как они, но определенно более самодостаточен. И потому практически вровень стоит с альбомами старых времен.