Мы убедили Дона Боллеса, барабанщика из Germs, стать продюсером нашего демо. Под этим я подразумеваю, что мы как-то вечером встретились с ним в  Cathay и предложили подкинуть ему бабок на бензин, чтобы он на следующий день провел в студии несколько часов, пока мы будем живьем прописывать девять обреченных на успех песен.

Я писал большинство текстов, потому что другим было в падлу это делать. Один из наших треков был типа заглавным и назывался он просто NOFX:

Играем для панков, не за налик.
Наша музыка быстра, но это не мусор,
Тексты о  том, что мы думаем.
На сцене в  такой же одежде, как и на улице,
Мы NOFX!

Может быть, это не самая утонченная и высокоинтеллектуальная лирика, которую я когда-либо сочинял, но эти слова все еще определяют нас очень хорошо. За исключением, может быть, первой строчки, которую я  бы изменил на «Играем для панков и за налик». Нужно признать, что прошло много лет с тех пор, как нам платили тринадцать баксов, чтобы мы не играли.

Помимо Cathay в Лос-Анджелесе, мы могли вписаться только на домашние вечеринки, которые, как правило, известны тем, что имеют, скажем так, очень гибкие стандарты по оформлению гастрольных контрактов. Мы сыграли с какой-то метал-группой в  средней школе; на пати в  Беверли-Хиллз (на которой присутствовали актер Поли Шор и дочь Боба Дилана), и мы сыграли для двадцати человек на площадке въезда в  гараж в  Ла-Кресента, в то время как один из друзей Эрика Сандина избил одного из моих друзей. Но как только у нас появилась демо-кассета, я смог отправлять ее разным людям и договариваться о  выступлениях в  других городах, так что весной 1985 года без каких-либо выпущенных пластинок мы выехали в наш первый тур с четырьмя датами.

Первая остановка: Рино, штат Невада. Можно смело сказать, что это было лучшее шоу, которое мы когда-либо сыграли до этого момента, и лучшее из тех шоу, которые мы потом играли в  течение последующих трех или четырех лет. В  зависимости от пробок путь от Лос-Анджелеса до Рино занимает около восьми часов. Но это заняло у нас почти двенадцать, потому что мы должны были преодолеть снежные бури, когда переваливали через горы Сьерра-Невады. Мы были в многоместном универсале родителей Мэлвина, с  задней дверью и большим багажным отсеком, который не имел заднего стекла, поэтому нам пришлось обернуться одеялами, чтобы согреться в то время, как снег кружился внутри тачки.

Храбрый отпор холоду окупился с  лихвой  — мы по-настоящему понравились толпе!

Мы разогревали местных легенд — 7 Seconds — и сыграли для трехсот панков, которые все время слэмили. Это было в первый раз, когда мы получили какую-то реакцию со стороны толпы, не говоря уже о том, что она была положительной. Мы продали маек на $150, а мне даже удалось трахнуться.

Мы остановились у парня-гея по имени Крис из группы Positive Force, чьим единственным правилом было не приводить никаких девушек к нему в  дом. Я все равно привел девочку, и она ушла утром, прежде чем Крис проснулся, так что я думал, что это сошло мне с рук, но потом хозяин нашел ее трусики и взбеленился на нас. Это был отнюдь не последний раз, когда NOFX выгоняли из чьего-то дома.

Оттуда мы направились в город Бойсе, штат Айдахо; затем — в Ашленд, штат Орегон, и сыграли несколько небольших шоу на вечеринках; а затем — в Портленд, Орегон, на выступление в клуб Satyricon. На нашем выступлении было около двадцати пяти человек, и  всем, как показалось, мы понравились. Только Том из группы Poison Idea навалил дегтя в  эту бочку меда: мол, наша версия We are138 был худшим кавером на Misfi ts, который он когда-либо слышал. Женская группа под названием 69 Ways тоже неплохо выступили, и в итоге я переспал с одной из них, поэтому, приехав домой, я  подумал: «Ни *уя себе! Четырехдневный тур  — и  два качественных траха! Это обязательно нужно повторить!»

Это было самое лучшее время, которое можно было придумать.

Вечеринки, ночевки на полу, музыкальный отрыв, зависание с  друзьями, е*ля… Что было еще нужно троим панк-подросткам? Тем летом мы сразу же организовали еще один тур.

А после него Эрик ушел.