Репортаж | Black Rebel Motorcycle Club | Известия Hall | 05.09.13

Black Rebel Motorcycle Club, трио угрюмых интровертов из солнечного Сан-Франциско, 5 сентября выступили на сцене Известия Hall. О торжестве грязного звука, стейдждайвинга и Elvis-style бакенбардов, о том, что такое «50 shades of black» и кто победил в соревновании Питера Хейса и Роберта Левона Бина – в нашем репортаже. При первом знакомстве с музыкой Black Rebel Motorcycle Club она может показаться несколько однообразной и неоригинальной (проверено на личном опыте). Но стоит копнуть поглубже – и все 50 оттенков черного моментально бросаются в глаза. От меланхоличного блюза, степенного пост-панка и умиротворяющей неопсиходелии до бескомпромиссных панк- нойз- и гаражных боевиков. И весь этот винегрет подаётся под пряным ретро-стилистическим соусом - кожаные байкерские куртки, черные шевелюры с бакенбардами и пузатые полуакустические «Гибсоны» и «Епифоны» прямиком из середины 20-го века. Brandenburg Brandenburg уже стали частыми гостями как на сцене «Известий», так и на страницах RockCult – четыре дня назад они «грели» Editors, а за два месяца до того – New Order. Как минимум, одно приятное изменение в сравнении с 1 сентября нашлось: световики поработали не в пример лучше и креативнее, в результате чего вместо стабильно окутывавшего московский квартет сиреневого полумрака, пространство над сценой то и дело разрывалось лучами стробоскопов, калейдоскопически менявших свою окраску. То ли сказался фактор более приятного оформления, то ли народ, заполняющий «Известия», в этот раз был более благодушен, но реакция зала на второе сентябрьское выступление Brandenburg выглядела намного теплее и приветливее. Black Rebel Motorcycle Club BRMC – одна из тех команд, которая при всём минимализме своего состава ничуть не нуждается в каких-либо сессионных или туровых музыкантах. Всё, что требуется для того, чтобы ввести толпы зрителей в состояние перманентного угара и сумасшествия, они запросто смогут сделать и втроём. В песне требуется вторая гитара? – Роберт откладывает в сторону бас и вооружается шестистрункой. Нужно разбавить саунд нестандартным инструментом? – Питер, не переставая перебирать струны, впивается в губную гармошку, закреплённой у него на шее. Даже у Леи Шапиро где-то между её барабанами притаилась небольшая, двух-трёхоктавная клавиатура. DIY во всей красе, на что собравшиеся поклонники с готовностью отвечают воплями, овациями и стейдждайвингом. А любителей понырять со сцены в этот вечер было много. С каждой новой песней (трогательные акустическо-«зажигалочные» баллады а-ля Lullaby, Mercy и Lose Yourself стали редкими исключениями) компанию BRMC составляло всё большее количество народу. Кто-то успевал получить свои пару секунд славы, попрыгав с победно поднятыми кулаками и успев самостоятельно покинуть сцену, а кого-то настигало недремлющее око охраны и персонала группы, в результате чего пойманный с поличным фанат либо удалялся под конвоем куда-то за кулисы, либо же бесцеремонно выкидывался обратно в зал. На протяжении всего концерта шло нешуточное противостояние между Питером и Робертом за неофициальный титул «Короля вечеринки». Питер выдаёт «губногармошечный» запил, доводя зал до экстаза, – Роберт отвечает сольным исполнением Mercy, заставив взметнуться вверх немалое количество рук с огоньками зажигалок. Роберт с прикрытыми глазами поёт кавер на песню своего покойного отца (Майкл Бин в составе The Call написал Let the Day Begin ещё в 1989 году) – Питер, сжимая в зубах сигарету, парирует разухабистой вокальной партией «Berlin». Но по итогам основного и дополнительного времени победу одерживает Роберт, с его неподражаемой манерой играть на зажатой под мышкой бас-гитаре и диалогами «на расслабоне» со зрителями. И как подобает истинному победителю, Бин осчастливил своих поклонников и после концерта, устроив импровизированную автограф-сессию, вслед за которой последовала ещё одна песня, Sympathetic Noose. Исполнена она была в одиночку, под акустическую гитару, и зрителями её стали лишь самые преданные и терпеливые фанаты BRMC. Текст: Иван Балашов Фото: Яна Бобкова, Иван Балашов