Репортаж | Black Light Burns | Известия Hall | 20.02.13

Сольные, сайд-проекты или просто новые группы музыкантов, получивших известность в бытность своего участия в каких-либо поистине звездных коллективах – тема особенная. Взять хотя бы недавний концерт Слэша – тема Guns N’Roses красной нитью проходила чуть ли не через все его выступление. Случай Уэса Борланда – неординарнейшего человека, чьи риффы внесли значительнейший вклад в саунд Limp Bizkit, во многом аналогичен. Как бы он не позиционировал Black Light Burns абсолютно иным проектом (и, забегая вперед, хочу сказать, что ни капли лукавства в его словах не оказалось), не имеющим ни малейшего отношения к LB, все равно зрители, пришедшие в Известия Hall на первый российский концерт Black Light Burns, разделились на два лагеря. Примерно половина пришедших закупалась билетами, дабы увидеть и услышать саму группу, а остальные просто жаждали еще разок посмотреть собственными глазами на гитариста главной рэпкор-команды своей юности, представшего в новой ипостаси. Разогрев… Его название стоит произносить особенно осторожно, с максимально четкой артикуляцией – Vagiant. И московская группа, выступившая под этой вывеской, стала одной из самых, не побоюсь этого слова, упоротых команд, что мне только доводилось видеть. Причем это касается как музыки – этакий стоунер-панк с немалой долей нойз-рока (свою нойзовую лепту внесли и звукорежиссеры, «благодаря» которым пришлось задуматься даже над языком, на котором исполняются песни), так и поведения и внешнего вида музыкантов. Особенно отличился их вокалист, чьи галстук-бабочка и левая сторона лица, полностью окрашенная в красный цвет, еще долго не выветрятся из моей памяти. Этот неугомонный товарищ посреди своего выступления даже совершил «прыжок веры» в зрительный зал, в котором и вопил слова одной из песен на протяжении минуты. Под занавес разогрева группа исполнила кавер на Morphine и уже после этого покинула сцену, оставив собравшуюся публику в слегка ошарашенном состоянии ждать появления Маэстро Борланда. Выход вышеупомянутого маэстро предварила ретроспектива его картин (не будем забывать, что Уэс является еще и художником, чьи работы украшают обложки практически всех альбомов Limp Bizkit и Black Light Burns). А несколько минут спустя, когда на сцене показались техники группы, ответственные за настройку инструментов, зал зашелся в овациях, узрев в одном из этих людей в черных костюмах, подкручивающем колки на гитаре, самого Борланда! Нечасто увидишь фигуры такого масштаба (из подобного в голову приходит только Андреас Киссер из Sepultura), собственноручно подготавливающих оборудование для своего выступления.

Слушать на SoundCloud

Но вот все технические дела завершены, свет гаснет, сцена окутывается клубами дыма и на ней появляются, собственно, Black Light Burns – четверо бородачей в черных костюмах, в центральном из которых не так-то и просто узнать того фрика с гитарой наперевес, скачущего туда-сюда по левую руку от Фреда Дерста. А басист группы, Деннис (очень похожий на фронтмена Seether, Шона Моргана), и вовсе предстал перед фанатами в несколько покалеченном виде – со сломанной правой ногой. Он не стал особенно вдаваться в подробное описание инцидента – зрители услышали только, что он «broke his foot playing sports» - но весь концерт провел с помощью маленького уютного черного диванчика – то опираясь на него коленом, а то и вовсе разваливаясь там вместе с басом. Сам Уэс, знакомый нам в первую очередь, как гитарист, брал инструмент в руки далеко не на каждой песне – что давало ему дополнительную свободу в передвижениях по сцене. Хочешь – отплясывай, выкидывая самые замысловатые коленца, хочешь – извивайся, лежа на спине, хочешь – прильни к микрофонной стойке или к первым рядам протянутых к тебе фанатских рук. Но зрители регулярно получали возможность насладиться и гитарным мастерством Борланда – и это были далеко не рубленные прыгучие риффы, переходящие в витиеватые тэппинговые конструкции образца Limp Bizkit – нет, нынешний Уэс, густо заросший бородой и получивший возможность полноценного самовыражения во всех смыслах, играет нечто куда более экстравагантное, похожее одновременно на Nine Inch Nails, Marilyn Manson и чуточку – на Depeche Mode. Да и поет в схожей манере. А еще Уэс оказался одним из тех людей, которые ведут себя во время концертов по-свойски, в самом широком спектре значений этого слова. Тут вам и неприкрытые претензии к осветителям: «It’s not my solo project, it’s a band», и обсуждение с залом сет-листа, путем передачи микрофона некоторым зрителям (некоторые предложения коротко пресекались простым «Nope»), и немая речь, произнесенная его детородным органом. Деннис же вовсю пользовался своим карлсоновским положением «Самого больного в мире человека», и регулярно получал подношения то от поклонников (стаканчики с пивом), то от Уэса (новые бас-гитары). Что касается звука, то он хоть и был несколько улучшен в сравнении с Vagiant, но даже до «хорошей» оценки ему еще далеко. Нередки были случаи, когда обе гитары полностью заглушались звучанием «фуззового» баса, а в моменты более-менее равномерной громкости все сваливалось в густую саунд-кашу, нарушаемую лишь четким барабанным ритмом и экспрессивным вокалом Уэса. Уже после завершения концерта все собравшиеся (во всяком случае, те из них, кто не рванул в гардероб, стоило только отгреметь последней песне сет-листа) были осчастливлены еще раз – импровизированной автограф-сессией всех участников группы. Атмосферу всеобщего счастья и благодарности, воцарившуюся во время этой «раздачи слонов» сложно описать каким-то вербальным методом, это надо прочувствовать на себе.
А эта возможность, судя по словам барабанщика группы, представится нам уже в следующем году. Не советую упускать такой случай ровным счетом никому.