Во время концерта в Москва Hall отчетливо возникало ощущение, что A Place to Bury Strangers преимущественно концертная группа, чем студийная Снова про пост-панк Возрождение пост-панка в нулевые шло точно в хронологическом порядке 1980-ых. Сначала радиоэфиры взорвали хиты с дебютного альбома The Strokes, которые ненавязчиво отсылали к музыке героев книги Легса Макнила и Джиллиан Маккейн «Прошу, убей меня!». Потом пришла пора Interpol и Franz Ferdinand, которые на годы вперед предопределили основной критерий оценки музыкальных критиков: «Это звучит как Joy Division». Наверное, можно говорить даже о возрождении готики в виде субкультуры эмо, но это тема совершенно другого разговора. Во второй половине 2000-ых пришла пора возрождать шугейз – последний значительный поджанр пост-панка, появившийся на излете 1980-ых. Эта британская музыка, основанная на стене звука и невыраженной мелодии, погибла под ударами заокеанской американской альтернативы и гранжа. И, как будто извиняясь за это, через лет десять-пятнадцать шугейз начали играть американцы: The Pains of Being Pure At Heart, Black Rebel Motorcycle Club, Asobi Seksu и так далее и тому подобное. И надо сказать, им это удалось: подзабытый жанр звучал в конце нулевых, как нечто невиданное, как последний бастион на фоне стремительно скучнеющей гитарной рок-музыки. Герои вчерашнего вечера в Москва Hall - нью-йоркцы A Place to Bury Strangers заявили о себе сразу и громко. Громко тут – не пустой звук, а констатация факта. Громкий звук (noise) – это основная «фишка» коллектива, которая его роднит скорее с индастриальщиками Swans и великими соотечественниками Sonic Youth. Ненужный разогрев Вчера не большой, но отличающийся, насколько это возможно для клуба, уютом зал Москва Hall наполнялся медленно. Это вообще примета нашего (а, наверное, и не только нашего) времени: разогревающие коллективы никому не интересны. Впрочем, в этот вечер публика почти ничего не потеряла, опаздывая на концерт. Разогревающих коллективов, которых было целых два, ничем запоминающимся порадовать не могли. Хваленные итальянцы Soviet Soviet, разогревающие A Place to Bury Strangers в рамках их европейского тура, звучали бледно. Обычно таким коллективам ставят в достоинство то, за что других музыкантов принято ругать: грязноватый звук, лишние микрофонные примочки, откровенно скучный и однообразный саунд. Впрочем, и у такого находятся свои любители. Универсальный язык грязи Но вот затемненную сцену стало заволакивать дымом, зашумела откуда-то из преисподней гитара, загудел поднебесный бас, а когда в дело наконец-то вступили ударные, то и зрители, и музыканты и здание Москва Hall вместе с дымом унеслись куда-то в космос. Ту тщательно сыгранную какофонию не описать словами – это надо услышать. Здесь это не фигура речи, а объективный факт: у исполнителей, целенаправленно использующих кучу примочек для создания саунда, концерты и альбомы дают всегда разный эффект. Действительно, во время московского концерта отчетливо возникало ощущение, что A Place to Bury Strangers преимущественно «живая» группа, чем студийная. Если их альбомы звучат хорошо, но на любителя, то концертный драйв и атмосфера пройдут по венам любого, кто будет вблизи их усилков. Не смотря на то, что сценическая подача у музыкантов построена на том, чтобы их не было видно, а голос был неразборчив, публику это нисколько не смущало. Напротив, редко доводится видеть в России такое единение зала с англоязычными музыкантами. Ну да, музыкальный язык же универсален, даже если он сдобрен гитарными примочками и грязью, как иной язык матом. Фоторепортаж, состоящий из огромного количества фото зрителей и музыкантов здесь
