Сегодня в России как ни крути поход на концерт Death in June – это практически политический жест. Посудите сами: в эпоху торжествующей политической реакции, взрывающейся то пугачевскими, то бирюлевскими погромами, а чаще законопроектами, направленными на регуляцию сексуальной жизни граждан, мы приходим на концерт, сцена которого украшена свастиками, эсесовскими мертвыми головами и флагом ЛГБТ-движения. В зале с одинаковой частотой можно встретить, то целующихся представителей сексуальных меньшинств, то людей, руки которых украшены татуировками-коловратами. О Дарк-Фолке Впрочем, к черту о политике. Ноябрьским промозглым, таким отвратительным в наших широтах и городских условиях, вечером звучал лучший дарк-фолк на земле. А если к этому прибавить убеждение, что это один из красивейших жанров, рожденных современной музыкальной культурой, то можно предположить, что люди собравшиеся в клубе «ТеатрЪ» слушали сегодня, возможно, лучшую музыку на земле. Впрочем, это всё на любителя. Дарк-фолк, созданный во многом усилиями Дугласа Пирса (Death in June, фактически, это его сольный проект) – это жанр, который никогда не соберет стадионов, как бы он не был хорош и прекрасен. Впрочем, он не для этого и создавался в Британии в 1980-ые где-то на границе между готикой, пост-панком и индастриалом. Появление этого жанра во многом фиксировало, что обычная рок-музыка клонится к застою и упадку. Музыканты еще изобретут не один способ справиться с этим кризисом. Дарк-фолк же дал свой ответ: нужно вернуться к самому началу музыки. Рецепт здесь достаточно прост: берется в руки гитара, и под бой, сменяющий перебором, поется о богах, о создании мира, о смерти, о героях, о легендах. Это музыка пещерных шаманов и верящих им людей, для которых мир еще молод и бесконечен. И каждому новому поколению его еще предстоит создать заново, ибо человечество еще так слабо, что ничего от себя оставить не может. И музыка здесь проста и мимолетна, но служит единственным порталом в запредельное. О Концерте Вот и сегодня несколько сотен людей выстроились в длинную очередь на Старой Басманной улице, чтобы как их далекие предки от шамана Пирса услышать сказания о начале и конце космоса. Впрочем, свою мистерию он вел не один. Концерт Death in June скорее напоминал маленький фестиваль. В начале выступил клавишник Миро Шнайдр, который аккомпанировал Дугласу на последних альбомах Death in June. Он открыл концерт парой клавишных пьес, которые, на удивление, полностью поглотили публику. После этого Шнайдр уже взял аккордеон, и под его аккомпанемент Дуглас, на голове которого красовалась, шапка-ушанка, спел несколько песен. Затем настала очередь Fire + Ice, группа которая вместе с Death in June и Current 93 стояла у истоков дарк-фолка. Лидер коллектива Иэн Рид пел свои нордические баллады, которым в какой-то момент вышел на сцену аккомпанировать на гитаре уже сам Пирс. Хороший получился сет, но люди ждали, когда уже сам Пирс начнет свои шаманские проповеди о Холокосте и маленьких черных ангелах. Минут 15 шумел тревожный индастриал. И вот сцена открылась. На ней Пирс в зловещей маске и в форме бундесвера. Мистерия началась! Первые два номера, громко сыгранные на барабанах, почти никак не связаны с дальнейшим представлением. Что оно напоминало? Напоминало оно старый добрый советский бардовский концерт, почти квартирник. Камерная обстановка создавалась за счет нескольких штрихов: открывающийся и закрывающийся занавес, и Пирс, который поет не продуманный до этого сет, а исполняет заказы публики. И вот тут точно понимаешь, что теряет музыка в тот момент, когда она выходит за узкие границы акустической гитары – единство исполнителя и аудитории. В результате получился чудесный концерт. Дарк-фолк, напрочь лишенный электроники и ритм-секции, не гарантирует рок-н-рольного драйва, но делает так, что на концерте не будет ни одного лишнего человека. И это еще один плюс один к единству, порождаемому акустической гитарой. Фото: Alexander Kondrusev, Сергей Простаков
